Вопрос о соотношении международных договоров и национальной constitutions является одной из самых дискуссионных тем в теории и практике международного права. В данной статье рассматривается утверждение, что ратифицированные международные договоры находятся выше Конституции Российской Федерации. Мы проанализируем конституционные положения, законодательную практику, судебную практику Конституционного Суда РФ и doctrinal подходы, чтобы определить, насколько такое утверждение соответствует действующему правопорядку.
Конституционные основы статуса международных договоров в РФ
Конституция Российской Федерации содержит несколько ключевых статей, регламентирующих место международных договоров в национальной правовой системе:
- Статья 15, часть 4: «Всеобщие принципы и нормы международного права международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены законом, применяется правило международного договора».
- Статья 79: Президент Российской Федерации осуществляет подписание и ратификацию международных договоров.
- Статья 106: Федеральный закон о ратификации международного договора принимается в форме федерального закона.
- Статья 15, часть 1: Конституция имеет юридическую силу, прямое действие и обязательна для применения на всей территории РФ.
Из этих положений следует, что:
- Международные договоры являются частью правовой системы России.
- В случае конфликта между международным договором и федеральным законом преимущество отдается договору.
- Конституция остается верховным источником права; никакой нормативный акт, включая международный договор, не может отменять или изменять её положения без соответствующей процедуры изменения Конституции.
Таким образом, прямое утверждение о «высоте» договоров над Конституцией не следует из текста Основного закона.
Законодательное регулирование ратификации
Процедура ратификации международных договоров в Российской Федерации регламентирована:
- Федеральным законом «О международных договорах Российской Федерации» (№ 101‑ФЗ от ).
- Регламентом Государственной Думы и Совета Федерации.
- Практикой Президента, который вносит договор на рассмотрение Федерального Собрания.
Согласно ст. 106 Конституции и ст. 14 указанного Федерального закона, ратификация осуществляется в форме федерального закона. Это означает, что после ратификации договор приобретает силу федерального закона, но не выше Конституции.
Судебная практика Конституционного Суда РФ
Конституционный Суд неоднократно рассматривал вопросы соотношения международных договоров и Конституции:
- Решение от № 2-П – Суд подтвердил, что международные договоры не могут противоречить Конституции; в случае противоречия договор подлежит изменению, денонсации или требуется изменение Конституции.
- Решение от № 11-П – Подчеркнуто, что международные договоры, ратифицированные в соответствии с Конституцией, имеют приоритет перед обычными федеральными законами, но не перед самой Конституцией.
- Решение от № 2-П (по делу о применении положений Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод) – Суд указал, что нормы Конвенции применяются непосредственно, если они не противоречат Конституции; иначе применяется конституционная норма.
Из этих решений следует четкий принцип: Конституция остается верховным источником права, а международные договоры занимают место ниже неё, но выше обычных законов.
Доктринальные подходы и сравнительный анализ
В юридической литературе существуют две основные точки зрения:
- Моноистическая теория – рассматривает международное право и внутреннее право как единую правовую систему. В рамках этой теории международные договоры могут иметь приоритет над национальными законами, но не над конституцией, которая считается «фундаментальным законом».
- Дуалистическая теорияб> – утверждает, что международное право становится частью внутреннего права только после его преобразования (трансформации) в национальное законодательство. Здесь приоритет конституции абсолютен.
Российская правовая система, исходя из конституционных положений и практики Конституционного Суда, скорее придерживается умеренного моноистического подхода: международные договоры являются частью правовой системы, но их применение ограничено конституционными пределами.
Сравнительно, в некоторых странах (например, в Германии по статье 25 Основного закона) международные договоры действительно имеют приоритет над обычными законами, но уступают конституции. В то же время в ряде юрисдикций (например, в Нидерландах) международные договоры могут иметь приоритет даже над конституцией, однако это результат специального конституционного положения, отсутствующего в РФ.
На основании анализа конституционных норм, законодательства, судебной практики и doctrinal подходов можно сделать следующие выводы:
- Ратифицированные международные договоры в Российской Федерации имеют приоритет перед федеральными законами, но не перед Конституцией.
- Конституция остается верховным источником права; любой международный договор, противоречащий ей, не может быть применен без предварительного изменения Конституции или денонсации договора.
- Утверждение о том, что ратифицированные международные договоры находятся выше Конституции, не соответствует действующему правопорядку РФ и противоречит позиции Конституционного Суда.
- Для достижения реального приоритета международных норм над конституционными положениями потребуется конституционная реформа, аналогичная тем, что имеются в некоторых других государствах.
Таким образом, дискуссия о «высоте» международных договоров над Конституцией остается теоретической; в практическом применении российского права верховенство Конституции сохраняется.
Источники
- Конституция Российской Федерации (принята 12 декабря 1993 г.).
- Федеральный закон № 101‑ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» от ;
- Решения Конституционного Суда РФ: № 2‑П от ; № 11‑П от ; № 2‑П от .
- Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г.
- Колосов Ю.М. «Два измерения института ратификации» – статья в журнале «Международное право».
- Википедия: «Международные договоры Российской Федерации».